• Погода: 25.3oC
  • $: 62,90
  • €: 73,13
  09.07.2018 11:53

Новгородский археолог: «Семь миллионов «Руси новгородской» выделяете, нам на раскопки хоть 500 тысяч дайте»

Новгородский археолог: «Семь миллионов «Руси новгородской» выделяете, нам на раскопки хоть 500 тысяч дайте»

На минувшей неделе Новгородский музей-заповедник активно приглашал новгородских школьников стать на время каникул волонтёрами на Троицком раскопе. Новость вроде бы позитивная, только ничего хорошего в ней нет. Ведь на протяжении 45 лет школьники, вносящие свой посильный вклад в развитие новгородкой археологии, делали это не на «идейных началах», а за зарплату – пусть часто и небольшую. Но в 2018 году в бюджете денег на зарплату учащимся, занятым на раскопках, не нашлось. Известный новгородский археолог Сергей Трояновский считает это началом совсем неприятной тенденции в отношениях властей с новгородской исторической и археологической наукой. Своими опасениями он поделился с корреспондентом издания «Пароход Онлайн».

– Наша археологическая экспедиция – это такая форма жизни, которая уподобляется Змею Горынычу, три головы у нас. Это МГУ – кафедра археологии с истфака, институт археологии академии наук и новгородский музей-заповедник. Они проводят раскопки с целью пополнения музейных фондов и для продвижения научных исследований. В последнее время – лет так 45 – на Троицком раскопе отработали десятки тысяч школьников из Великого Новгорода и других городов России – Москвы, Петербурга, Волгограда, Нижнего Новгорода. Даже уральцы к нам ездили больше тридцати лет. Движущей силой раскопа были, конечно, новгородские школьники. Но в этом году мы столкнулись с неприятной историей. В бюджет города не заложили ни копейки на летнее трудоустройство школьников на раскопках. У комитета культуры и молодёжной политики тоже бюджеты достаточно скромные. Они развели руками и сказали – мы нанимать школьников не можем.

– Когда об этом стало известно?

– Ещё в апреле. Мы потом вели переговоры с мэром и городской думой – писали письма, встречались лично. Но нам сказали, что городской бюджет нищ, и лето школьники проведут в подворотнях, во дворах. К истории и археологии родного города их привлекать, получается, не хотят. Мы опечалены этим обстоятельством и понимаем, что эта ситуация не должна становиться регулярной. Поэтому надеемся, что хотя бы областные власти нас поддержат.

Новгородский археолог: «Семь миллионов «Руси новгородской» выделяете, нам на раскопки хоть 500 тысяч дайте». Фото 2

– После этого вы обращались за помощью куда-то ещё?

– Понимаете, у нас на раскопе довольно развитая инфраструктура и чтобы благополучно вести раскопки нужно откачать воду, которая за зиму набирается до уровня от трёх до четырёх метров. Новгородский «Водоканал» и Сергей Золотарёв уже много лет не отказывают нам и в качестве благотворительности высылают бригаду, которая неделю откачивает воду мощными помпами. В этом году нам тоже здорово помогли.

Ещё у нас на раскопе не хватает трапов, по которым можно безопасно спускаться вниз. Я обратился к депутату областной думы Дмитрию Игнатову. Он пообещал прислать необходимое количество досок, брусков и столбов, чтобы поправить забор. Он ведь не обновлялся с визита Путина в 2010 году. То есть, безусловно, есть люди, готовые помогать. Но на трудоустройство школьников нужны сотни тысяч рублей – где-то полмиллиона. Предприниматели на себя это брать не очень хотят, потому что трудоустройство школьников сопровождается массой бюрократических процедур.

– А в Новгородский университет вы не обращались?

– Он не ведёт раскопки у нас. Они работают либо на больших охранных объектах либо увозят студентов в Старую Руссу. К сожалению, наш университет варится в собственном соку. Ему новгородские раскопки не так интересны, потому что сотрудники университета на них не работают. Ведь в нынешней ситуации внутри различных учреждений очень много решает пиар и система «галочек». А никаких репутационных дивидендов финансовая помощь школьникам на раскопах не принесёт. Наверное, они так считают.

– У нас сейчас вообще переживают за судьбу гуманитарного образования в Новгороде.

– А раньше наш пединститут считался одним из лучших в СССР. Я в нём учился один год, пока не перевёлся в МГУ. Сейчас же качество преподавания и студентов падает с каждым годом. У нас практически не осталось докторов наук, кандидатов тоже немного. Ярких личностей нет, на лекции которых ходили бы не только студенты, но и вольные слушатели. А раньше так было. Людям было важно услышать чьё-то авторитетное мнение, разобраться в чём-то с помощью компетентных специалистов. И я должен признать, что сейчас оценки нашего образования справедливы. Но надеюсь, что новый ректор как-то эту ситуацию будет переламывать, хотя для того, чтобы собрать там достойный истории Новгорода преподавательский коллектив, нужно будет приложить немало усилий. Понадобятся преподаватели из Петербурга, из Москвы.

Новгородский археолог: «Семь миллионов «Руси новгородской» выделяете, нам на раскопки хоть 500 тысяч дайте». Фото 3

Сейчас нам надо задумываться над тем, что будет дальше. У нас в городе очень много учреждений культуры и историческое образование всегда было гарантией, что специалист будет работать и в архивах, и в сфере культуры в целом. Поэтому потеря такой большой структуры, как гуманитарный институт, будет очень болезненной. Мы же себя позиционируем как город истории. Вот отец у меня был корреспондентом ТАСС и всё время посылал на центральную ленту в Москву массу информации о проходящих в городе раскопках и находках. Это шло на ленту безоговорочно, и люди удивлялись, что из маленького провинциального города постоянно идёт такая позитивная «мягкая» информация историко-культурного содержания. Это работало на репутацию области в лучшем смысле.

Сейчас же мы наблюдаем попытку со стороны «приезжих» смотреть на новгородцев слегка свысока. Отсюда и разговоры пошли, что пора валить отсюда. У нас даже слово такое появилось – «поравальщики».

– Ну да, картина печальная. Как вы думаете, это может превратиться в тенденцию?

– Тут надо понимать, что отношение к раскопкам складывается из двух факторов. С одной стороны, это огромное количество любителей так называемой folk-history, которые пытаются сделать из истории увлечение, хобби и начинают потом сыпать своими определениями, категориями, внедрять в науку дилетантские методы суждения. И с ними все вынуждены мириться, потому что это якобы является выражением свободы слова. Но это не так. Наука предполагает длительный период внедрения в её структуру и осторожность суждений, если за тобой не стоит сформировавшаяся научая школа. Нужны аргументы и глубокое знание историографии. Но сейчас всё это уходит на второй план, начинается классический постмодернизм, когда мнение выходит на первый план, а всё остальное можно считать неважным.

– Это часто мы наблюдаем в социальных сетях.

– Ну, когда один малознающий человек общается с другим, то они говорят о том, что сами знают, а не о том, что надо бы узнавать побольше.

Знаете, в советское время слова «археология» не было. Была «история материальной культуры». Но сейчас всё постепенно отходит от истории к настоящей и будущей виртуальной культуре. Мы переносим всё в пространство цифровых технологий, считаем, что это будет новый мир. Старый мир, конечно, может в нём присутствовать, но только в виде старых предметов в дополненной реальности, которыми можно будет восхититься. «Всё будет оцифровано и доступно», – говорят нам. Но это – подмена реального мира, в котором мы всё-таки живём. И археология даёт нам чёткое понимание того, что должен быть баланс сил между реальностью и виртуальностью. Можно покопать, пощупать и убедиться, что Новгороду не 400 лет, как утверждает Фоменко в своей лженауке, а больше тысячи. Вот это тоже большая проблема, на самом деле. Академик Янин говорил, что такие «зияющие высоты» – это пропасть, в которую очень легко скатиться.

Многие мои одногруппники ушли из исторической науки, потому что надо было зарабатывать на кусок хлеба. Встречались мы на 20-летии с выпуска истфака НовГУ и выяснили, что из 300 человек с потока в научной системе остались двое – я и ещё один коллега. Но все остальные жаловались на то, что тоже бы хотели заниматься историей Дальнего Востока или революции, но ушли в бизнес. Кто-то ушёл в политику. Вот ведущий первого «Первого канала» Артём Шейнин был у нас на потоке активистом, бывшим афганцем. А теперь он ведёт шоу, где высказывает спущенные сверху идеологемы и выражается излишне эмоционально (проще говоря, матерится – авт). Я это к чему – размытие научных основ началось ещё тогда, в девяностые, когда я учился. В настоящей науке остались только те, кто действительно ей преданны. Один известный учёный сказал: «очень важно, чтобы новые поколения учёных стояли не на костях, а на плечах своих предшественников». А у нас эти плечи, к сожалению, уже ослабли, потому что больших учёных почти не осталось. Да, у нас есть символ экспедиции – академик Янин, который с 1966 года её возглавил. Но понятно, что люди стареют, и с возрастом уходят возможности продвигать свои интересы в науке. Поэтому сейчас таких людей в Великом Новгороде практически нет.

Новгородский археолог: «Семь миллионов «Руси новгородской» выделяете, нам на раскопки хоть 500 тысяч дайте». Фото 4

– Вас не пугает возможность того, что такими темпами изучение истории Новгорода может прекратиться?

– Мне показалось парадоксальным выделение миллионов на развитие туристического офиса «Русь Новгородская». Туристические услуги – вообще-то бизнес, они должны деньги приносить, а не отнимать их у бюджета. А им дополнительно выделяют семь миллионов. Нам на раскопки хотя бы 500 тысяч дайте! Мы будем довольны вот так! Школьники будут заняты делом и обращаться к истории города, потом будут рассказывать об этом всем, кто приедет к ним в гости. Но мы не на первом плане. И это оскорбительно для Великого Новгорода, ведь наш город считается культурным феноменом. Мы нашли недавно первую в сезоне берестяную грамоту – 1103 за всё время. В других городах их находят не больше ста.

Я могу сделать вывод, что наше руководство просто не очень погружено в такой материал. У них пока не хватает сил осознать, насколько доверенная им территория уже накрыта авторитетными людьми и начинаниями, которые надо просто поддержать. Они ведь сами окрылятся от этого.

Мы, историки и археологи, становимся нужны во время громких исторических дат и юбилеев. Ведь там нужно подробные исторические справки и документы отправлять в Москву, в том числе в академию наук. Вот тут мы сразу становимся нужны. А когда встаёт вопрос о помощи нам ради развития науки… Ну, историю с раскопом я вам уже рассказал.

Беседовал Матвей Николаев

Фото: открытые источники и паблик «Великий Новгород - прошлое в фотографии»
Поделиться:
Написать нам